История о том, как Татьяна лишилась здорового позвоночника.

«У меня было очень насыщенное детство. Занятия танцами, плавание два раза в неделю, художественная школа, лепка из глины и прочее. Приходилось много сидеть: в школе, на занятиях  искусством и дома. Учительница на собрании обращала внимание моих родителей, что я не держу спину и сутулюсь, поэтому хорошо бы было показать мою спину врачу.  Мама же всегда парировала тем, что я занимаюсь хореографией и плаванием, поэтому сколиоз мне не грозит.

Но мама оказалась неправа: в 12 лет после медосмотра в школе меня направили к ортопеду. Там мне сказали: «У тебя, Таня, сколиоз первой степени и ты нуждаешься в наблюдении врача». От врача мы с мамой вынесли веер бумажек с рекомендациями по упражнениям для осанки и направление на массаж. Я продолжала заниматься танцами, некоторое время ходила на массаж, а в остальном продолжала привычную жизнь: в школе сидела ссутулившись, подложив руку под голову, дома читала, забравшись на диван и обняв колени.

Но наступил момент, когда я, худой и длинный тринадцатилетний ребенок, на уроке хореографии заметила, что с одной стороны тела и прогиб талии больше, и одна лопатка выступает больше другой. И тут началось: меня снова повели к врачу, сделали множество снимков. Оказалось, что у меня s-образный сколиоз 3-й степени (сразу в двух плоскостях!) и что нужно делать операцию. Родители удручались: «Неужели без операции никак?» - «А о чем вы раньше думали?» - вопросом на вопрос отвечал ортопед.

Варианта было два. Первый - остаться в Москве, несколько недель лежать на вытягивающей установке, потом мне сделают две операции, чтобы прикрутить к позвоночнику какую-то жуткую конструкцию, которую будут удлинять каждый раз, когда я буду подрастать на несколько сантиметров. Второй вариант – вернуться в Красноярск, пройти одну операцию, строго соблюдать послеоперационный режим и каждые несколько месяцев показываться ортопеду. Первый вариант представлялся мне чем-то сродни пытки дыбой, поэтому мы выбрали второй – ехать в Красноярск и устанавливать титановую конструкцию из двух пластин, которая специальными крючками крепится к позвонкам и поддерживает мою спину в правильном положении. В результате чего сколиоз исправляется, но ходить с этим куском металла на позвоночнике придется лет до 25.

Мне было страшно до жути – я не совсем понимала суть предстоящей операции. В голове постоянно всплывала картина: я лежу с разрезанной спиной, рядом стоит врач и дрелью в моих позвонках сверлит дырки для крючков. Потом оказалось, что сверлить позвонки не нужно, но ужаса от этого не стало меньше, хотя мне обещали, что через 3 дня после операции я встану с кровати, а через 2 недели смогу поехать домой.

Операцию описать не смогу – просто не помню. Зато весь следующий год после операции – целая история: боль в спине, постоянное чувство, что внутри меня нечто лишнее, от чего становилось не по себе. Было тяжело дышать – из-за сколиоза легкие были смещены, после операции начали «расправляться». Долго не могла сидеть и стоять, нужно было каждые 2 часа лежать. В школу ходить не получалось, так как был разрешен только щадящий режим в виде домашнего обучения, от чего все подружки про меня и забыли. Зимой гулять было опасно: я постоянно чувствовала себя жутко хрупкой и боялась упасть, ведь эндокорректор не давал моей спине гнуться. Перестала кататься на коньках, из-за уродливого шва на спине не стала ходить в бассейн (хотя врач рекомендовал). Жизнь стала совсем другая: не моя – радостная, а полная ограничений и комплексов.

Но первый урок «привет, серьезный сколиоз» мной выучен не был. Мне исполнилось 18, я училась в университете, ходила на занятия по испанскому и китайскому языку, кроме того – устроилась на работу официанткой. В общем, сделала все ошибки сразу: мало того, что взвалила на свою спину непосильную нагрузку в виде учебы в общем режиме и работы с переносом тяжестей, так еще и пропускала плановые осмотры у ортопеда. Не трудно догадаться чем это закончилось – второй операцией. Из-за неправильного режима конструкция сломалась, что, из-за моих непосещений  врача, заметили лишь через год. И снова все по кругу – страх, боль, обезболивающие, нарушение жизненных планов... В тот день, когда я проснулась после второй операции, я пообещала себе никогда больше не относиться к своему позвоночнику так безответственно. Но какой толк от моих обещаний, когда уже было сделано две операции.

Первым делом я серьезно задумалась об организации рабочего места, так как выпадать из жизни совсем не хотелось. И каким только рекомендациям не следовала, по сантиметрам выверяя рекомендуемое положение, но на обычном стуле и даже на офисном кресле с пуфиками за спиной работать было невозможно – очень уставала спина. Мне даже наращивали ножки стола для работы стоя, но так я уставала еще больше.
Однажды меня позвала знакомая попробовать стул-седло компании Salli System, который она купила в комплекте с партой для своей дочери. Более того, зная о моих мучениях, мне дали им попользоваться на время их отпуска. Вот этот стул мне понравился! Сутулиться на нем неудобно и постоянной концентрации внимания на поддержании осанки не требуется.  Эх! Был бы он у меня в детстве! Правда, как меня и предупредила знакомая, к этому стулу потребовалось время на привыкание. Но первоначальное значительное снижение боли и усталости заставило меня набраться, в кои веки, терпения и теперь я могу работать весь день почти не уставая! Не испугала и стоимость – ведь за несколько лет поиска нужного рабочего стула я потратила гораздо больше, но от традиционных сидений так ничего хорошего и не добилась! И кто знает – сколько бы еще средств у меня ушло на поиски выхода из моей непростой ситуации.

Мой главный опыт таков: если вы не думаете о спине, спина сама заставит вас думать о ней. А ведь для того, чтобы избежать серьезных заболеваний позвоночника, которые рано или поздно придется исправлять, нужно всего лишь без фанатизма заниматься спортом, тренировать свою осанку и правильно обустроить своё рабочее место».